«Коммерческие вести» сообщили о том, что заместитель председателя Кировского районного суда г. Омска Александр Бекетов принял к производству уголовное дело в отношении 42-летнего Владимира Шелегина, заведующего стоматологическим отделением бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Городская больница №9».
Следственными органами ему предъявлено обвинение по части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (служебное мошенничество). По версии следствия, в период с 2020 по 2024 годы обвиняемый совершил 15 эпизодов незаконного получения денежных средств от пациентов на общую сумму свыше 347 тысяч рублей. Услуги оказывались без оформления договоров и оплаты полисов добровольного медицинского страхования. Полученные средства не поступали в кассу медицинской организации, а присваивались врачом в личном порядке. После возбуждения уголовного дела Шелегин полностью возместил причинённый ущерб. В целях обеспечения возможного взыскания штрафа судом по ходатайству следствия арестовано имущество обвиняемого стоимостью более одного миллиона рублей. Информация об уголовном преследовании опубликована 13 февраля 2026 года в официальном Telegram-канале прокуратуры Омской области.
Член Комиссии по правовому обеспечению в сфере здравоохранения, экологии и окружающей среды Дмитрий Токарев обратил внимание на актуальность проблемы получения оплаты за медицинские услуги в обход установленного кассового порядка. Последствия подобных действий носят комплексный характер: государство не получает налоговые поступления, что представляет собой не только экономический ущерб, но и нарушение юридической обязанности перед бюджетом.
Не менее важен аспект защиты прав граждан как потребителей медицинских услуг. В соответствии с Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 пациенты обладают всеми предусмотренными законодательством правами потребителей. При оплате услуг мимо кассы пациент фактически лишается возможности подтвердить факт совершения платежа в случае возникновения спора о качестве оказанной помощи: отсутствуют кассовые чеки и первичные учётные документы, медицинская документация, как правило, не ведётся, а записи с камер видеонаблюдения хранятся ограниченный период — обычно не более одного месяца.
Из судебной практики Дмитрия Токарева известен случай, когда пациент, заключивший договор с частной стоматологической клиникой на лечение и подготовку к протезированию зубов, оплатил услуги, но за один из платежей кассовый чек не получил. Несмотря на некачественное оказание услуг, в суде ответчик признал факт оплаты. Однако подобный исход не является типичным. Имеет место и обратная ситуация: стоматологическая клиника взыскала с пациента свыше 700 тысяч рублей за установку имплантов, несмотря на утверждения последнего об уже произведённой оплате. Пациент ссылался на то, что все услуги были оплачены в полном объёме в соответствии с договором, о чём свидетельствовало дальнейшее оказание услуг клиникой без соглашения о рассрочке; наличные средства вносились в кассу, однако кассовые чеки не выдавались. Представленные клиникой выписки из лицевого счёта и кассовой книги подтверждали лишь то, что денежные средства не были проведены через кассу. Воспользовавшись отсутствием у пациента документов, подтверждающих оплату, клиника обратилась в суд, и решение было вынесено в её пользу.
Анализируя обстоятельства уголовного дела в отношении Шелегина, председатель Комиссии Алексей Панов обратил внимание на существенный аспект, требующий дополнительной правовой оценки со стороны следственных органов. В представленной версии дела акцент сделан исключительно на отношениях между врачом и пациентами, тогда как упускается из поля зрения статус самой медицинской организации как субъекта, чьи имущественные права были нарушены.
Действующее законодательство в сфере здравоохранения исходит из принципа, что медицинские работники при осуществлении трудовой деятельности в рамках должностных обязанностей действуют от имени и в интересах медицинской организации. Согласно Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», платные медицинские услуги оказываются медицинскими организациями, а не их сотрудниками в индивидуальном порядке. Соответственно, денежные средства, полученные за такие услуги, подлежат зачислению на счёт учреждения здравоохранения как его доход.
В рассматриваемой ситуации средства, полученные Шелегиным от 15 пациентов, фактически являлись доходом БУЗОО «Городская больница №9», поскольку услуги оказывались в рабочее время, с использованием материально-технической базы учреждения и в рамках трудовых функций врача. Не поступив в кассу больницы, эти деньги были похищены из имущественной сферы медицинской организации. Таким образом, помимо пациентов, потерпевшей стороной выступает и само бюджетное учреждение здравоохранения.
Данные обстоятельства позволяют поставить вопрос о необходимости комплексной квалификации действий обвиняемого. Если при квалификации по части 3 статьи 159 УК РФ основанием для передачи денег являлось злоупотребление доверием пациента, то по отношению к медицинской организации действия врача содержат признаки тайного хищения чужого имущества, предусмотренного статьёй 158 УК РФ. Кража совершается без волеизъявления собственника имущества — в данном случае руководства больницы, которое не знало о получении доходов и не давало разрешения на их присвоение.
Подобный подход к квалификации не является новым для судебной практики. Арбитражные суды и суды общей юрисдикции неоднократно признавали медицинские организации потерпевшими в случаях незаконного изъятия доходов их сотрудниками. Правильная квалификация имеет принципиальное значение для определения полного объёма ущерба, круга потерпевших и, как следствие, для назначения справедливого наказания.
Иллюстрация: https://yandex.ru/maps/org/gorodskaya_bolnitsa_9, https://kvnews.ru/news-feed/202717
Следственными органами ему предъявлено обвинение по части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (служебное мошенничество). По версии следствия, в период с 2020 по 2024 годы обвиняемый совершил 15 эпизодов незаконного получения денежных средств от пациентов на общую сумму свыше 347 тысяч рублей. Услуги оказывались без оформления договоров и оплаты полисов добровольного медицинского страхования. Полученные средства не поступали в кассу медицинской организации, а присваивались врачом в личном порядке. После возбуждения уголовного дела Шелегин полностью возместил причинённый ущерб. В целях обеспечения возможного взыскания штрафа судом по ходатайству следствия арестовано имущество обвиняемого стоимостью более одного миллиона рублей. Информация об уголовном преследовании опубликована 13 февраля 2026 года в официальном Telegram-канале прокуратуры Омской области.
Член Комиссии по правовому обеспечению в сфере здравоохранения, экологии и окружающей среды Дмитрий Токарев обратил внимание на актуальность проблемы получения оплаты за медицинские услуги в обход установленного кассового порядка. Последствия подобных действий носят комплексный характер: государство не получает налоговые поступления, что представляет собой не только экономический ущерб, но и нарушение юридической обязанности перед бюджетом.
Не менее важен аспект защиты прав граждан как потребителей медицинских услуг. В соответствии с Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 пациенты обладают всеми предусмотренными законодательством правами потребителей. При оплате услуг мимо кассы пациент фактически лишается возможности подтвердить факт совершения платежа в случае возникновения спора о качестве оказанной помощи: отсутствуют кассовые чеки и первичные учётные документы, медицинская документация, как правило, не ведётся, а записи с камер видеонаблюдения хранятся ограниченный период — обычно не более одного месяца.
Из судебной практики Дмитрия Токарева известен случай, когда пациент, заключивший договор с частной стоматологической клиникой на лечение и подготовку к протезированию зубов, оплатил услуги, но за один из платежей кассовый чек не получил. Несмотря на некачественное оказание услуг, в суде ответчик признал факт оплаты. Однако подобный исход не является типичным. Имеет место и обратная ситуация: стоматологическая клиника взыскала с пациента свыше 700 тысяч рублей за установку имплантов, несмотря на утверждения последнего об уже произведённой оплате. Пациент ссылался на то, что все услуги были оплачены в полном объёме в соответствии с договором, о чём свидетельствовало дальнейшее оказание услуг клиникой без соглашения о рассрочке; наличные средства вносились в кассу, однако кассовые чеки не выдавались. Представленные клиникой выписки из лицевого счёта и кассовой книги подтверждали лишь то, что денежные средства не были проведены через кассу. Воспользовавшись отсутствием у пациента документов, подтверждающих оплату, клиника обратилась в суд, и решение было вынесено в её пользу.
Анализируя обстоятельства уголовного дела в отношении Шелегина, председатель Комиссии Алексей Панов обратил внимание на существенный аспект, требующий дополнительной правовой оценки со стороны следственных органов. В представленной версии дела акцент сделан исключительно на отношениях между врачом и пациентами, тогда как упускается из поля зрения статус самой медицинской организации как субъекта, чьи имущественные права были нарушены.
Действующее законодательство в сфере здравоохранения исходит из принципа, что медицинские работники при осуществлении трудовой деятельности в рамках должностных обязанностей действуют от имени и в интересах медицинской организации. Согласно Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», платные медицинские услуги оказываются медицинскими организациями, а не их сотрудниками в индивидуальном порядке. Соответственно, денежные средства, полученные за такие услуги, подлежат зачислению на счёт учреждения здравоохранения как его доход.
В рассматриваемой ситуации средства, полученные Шелегиным от 15 пациентов, фактически являлись доходом БУЗОО «Городская больница №9», поскольку услуги оказывались в рабочее время, с использованием материально-технической базы учреждения и в рамках трудовых функций врача. Не поступив в кассу больницы, эти деньги были похищены из имущественной сферы медицинской организации. Таким образом, помимо пациентов, потерпевшей стороной выступает и само бюджетное учреждение здравоохранения.
Данные обстоятельства позволяют поставить вопрос о необходимости комплексной квалификации действий обвиняемого. Если при квалификации по части 3 статьи 159 УК РФ основанием для передачи денег являлось злоупотребление доверием пациента, то по отношению к медицинской организации действия врача содержат признаки тайного хищения чужого имущества, предусмотренного статьёй 158 УК РФ. Кража совершается без волеизъявления собственника имущества — в данном случае руководства больницы, которое не знало о получении доходов и не давало разрешения на их присвоение.
Подобный подход к квалификации не является новым для судебной практики. Арбитражные суды и суды общей юрисдикции неоднократно признавали медицинские организации потерпевшими в случаях незаконного изъятия доходов их сотрудниками. Правильная квалификация имеет принципиальное значение для определения полного объёма ущерба, круга потерпевших и, как следствие, для назначения справедливого наказания.
Иллюстрация: https://yandex.ru/maps/org/gorodskaya_bolnitsa_9, https://kvnews.ru/news-feed/202717
