29 января 2026 года состоялась видеоконференция информационного портала «Право-мед.ру» № 316, посвящённая актуальной проблеме — правовым границам компенсации морального вреда при отмене оказания платной медицинской услуги.
В обсуждении приняли участие представители Ассоциации юристов России (АЮР) из трёх регионов: Омска, Новосибирска и Ярославля, что подчеркнуло межрегиональный характер профессионального диалога.
Основой для дискуссии послужило Решение Вологодского городского суда от 4 декабря 2025 года по делу № 2-9268/2025, где пациент требовал компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей после того, как стоматологическая клиника отменила его приём из-за поломки оборудования. При этом организация предложила провести приём во внерабочее время врача и даже направила добровольное возмещение в размере 30 000 рублей.
Открыл обсуждение Алексей Панов, главный редактор портала «Право-мед.ру», член АЮР, Омск. Он подчеркнул, что ключевой вопрос — не автоматическое возмещение морального вреда, а необходимость доказывания реальных физических и нравственных страданий. По его мнению, действия клиники были разумными и добросовестными: пациент был уведомлён заранее, альтернатива предложена, и сам факт переноса приёма не равнозначен отказу от исполнения публичного договора.
Дмитрий Гаганов, юрисконсульт Ассоциации организаторов здравоохранения в онкологии (Санкт-Петербург), углубился в доктринальные основы применения принципа разумности и справедливости. Он напомнил, что данный принцип — рецепция римского права, и в гражданском обороте означает не бытовое понимание «справедливости», а ожидаемое поведение сторон с учётом добросовестности, соразмерности и законности. Особое внимание было уделено тому, что суд сослался на статью 1101 ГК РФ, а не на классические нормы о вреде здоровью, поскольку медицинская услуга фактически не оказывалась — речь шла лишь о записи на приём.
Игорь Степанов, врач-невролог, юрист и председатель Ярославской областной общественной организации инвалидов, член АЮР, отметил, что решение суда демонстрирует баланс интересов сторон и предотвращает риски так называемого «пациентского экстремизма». По его мнению, при наличии объективных причин (включая форс-мажор) и последующих усилиях по исполнению обязательства, компенсация морального вреда необоснованна.
Игорь Васильев, доцент кафедры общественного здоровья и здравоохранения Новосибирского государственного медицинского университета, член АЮР, акцентировал внимание на герменевтическом подходе к праву. Он подчеркнул, что современный суд не может ограничиваться формальным применением норм, а обязан соотносить их с системой правовых принципов — включая добросовестность, недопустимость злоупотребления правом и целостность правового регулирования. Именно такой подход позволил суду избежать одностороннего толкования в пользу потребителя и обеспечить справедливый баланс.
Участники сошлись во мнении: не каждое неудобство пациента является основанием для взыскания морального вреда. Ключевыми факторами остаются наличие реальных страданий, добросовестность действий медицинской организации и соблюдение ею процедур досудебного урегулирования спора.
Данная дискуссия стала ярким примером конструктивного межрегионального взаимодействия юристов и медиков — представителей АЮР из Омска, Новосибирска и Ярославля, — направленного на выработку единых подходов к сложным вопросам правового регулирования в сфере здравоохранения
В обсуждении приняли участие представители Ассоциации юристов России (АЮР) из трёх регионов: Омска, Новосибирска и Ярославля, что подчеркнуло межрегиональный характер профессионального диалога.
Основой для дискуссии послужило Решение Вологодского городского суда от 4 декабря 2025 года по делу № 2-9268/2025, где пациент требовал компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей после того, как стоматологическая клиника отменила его приём из-за поломки оборудования. При этом организация предложила провести приём во внерабочее время врача и даже направила добровольное возмещение в размере 30 000 рублей.
Открыл обсуждение Алексей Панов, главный редактор портала «Право-мед.ру», член АЮР, Омск. Он подчеркнул, что ключевой вопрос — не автоматическое возмещение морального вреда, а необходимость доказывания реальных физических и нравственных страданий. По его мнению, действия клиники были разумными и добросовестными: пациент был уведомлён заранее, альтернатива предложена, и сам факт переноса приёма не равнозначен отказу от исполнения публичного договора.
Дмитрий Гаганов, юрисконсульт Ассоциации организаторов здравоохранения в онкологии (Санкт-Петербург), углубился в доктринальные основы применения принципа разумности и справедливости. Он напомнил, что данный принцип — рецепция римского права, и в гражданском обороте означает не бытовое понимание «справедливости», а ожидаемое поведение сторон с учётом добросовестности, соразмерности и законности. Особое внимание было уделено тому, что суд сослался на статью 1101 ГК РФ, а не на классические нормы о вреде здоровью, поскольку медицинская услуга фактически не оказывалась — речь шла лишь о записи на приём.
Игорь Степанов, врач-невролог, юрист и председатель Ярославской областной общественной организации инвалидов, член АЮР, отметил, что решение суда демонстрирует баланс интересов сторон и предотвращает риски так называемого «пациентского экстремизма». По его мнению, при наличии объективных причин (включая форс-мажор) и последующих усилиях по исполнению обязательства, компенсация морального вреда необоснованна.
Игорь Васильев, доцент кафедры общественного здоровья и здравоохранения Новосибирского государственного медицинского университета, член АЮР, акцентировал внимание на герменевтическом подходе к праву. Он подчеркнул, что современный суд не может ограничиваться формальным применением норм, а обязан соотносить их с системой правовых принципов — включая добросовестность, недопустимость злоупотребления правом и целостность правового регулирования. Именно такой подход позволил суду избежать одностороннего толкования в пользу потребителя и обеспечить справедливый баланс.
Участники сошлись во мнении: не каждое неудобство пациента является основанием для взыскания морального вреда. Ключевыми факторами остаются наличие реальных страданий, добросовестность действий медицинской организации и соблюдение ею процедур досудебного урегулирования спора.
Данная дискуссия стала ярким примером конструктивного межрегионального взаимодействия юристов и медиков — представителей АЮР из Омска, Новосибирска и Ярославля, — направленного на выработку единых подходов к сложным вопросам правового регулирования в сфере здравоохранения
